jane (janemouse) wrote,
jane
janemouse

Categories:

Испанка на новый лад. И новая волна уносит близких мне людей

С утра прочитала, что умер лингвист, Александр Николаевич Барулин. Весь день хожу, как пыльным мешком пришибленная. Поверить невозможно совершенно.
Как же много лингвистов осиротело сегодня!
Дело в том, что Александр Николаевич создал факультет лингвистики в РГГУ, и я училась у него в самом первом выпуске.
Я поступала в РГГУ (тогда он назывался "Историко-архивный"), как раз потому, что обещали там набрать лингвистов из тех, кто поступит на информатику. И я проучилась год на факультете информатики, а потом и вправду пришёл Барулин и стал набирать себе лингвистов из тех, кто закончил первый и второй курс. И набрал он в сумме человек 30, кажется, но в основном - из тех, кто уже до того ходил к нему на кружок и ездил с ним в экспедицию. А я пришла не из кружка, а со стороны, но мне эта компания очень понравилась.
Вообще, мне с учёбой сказочно повезло: я в старших классах училась в очень хорошем математическом классе в 91 школе, у нас был турклуб, походы, поездки и прекрасная компания. И я слышала от нескольких человек, что в институте мне будет сложно привыкнуть к тому, что тут совершенно другая обстановка, всем на всех наплевать, не то что в школе.
Так вот, эти мрачные пророчества никак не относились к нашему институту, точнее, к нашему факультету. У нас были потрясающие люди, преподаватели и студенты, и им было не всё равно.
Когда нас только набрали, это был даже не факультет, а кафедра лингвистики, правда, со своим отдельным учебным планом и совершенно отдельной программой. Нас называли "Барулинские дети", это так и было. Нас пришло 25 человек, и преподавателей было почти столько же. Мы все тусовались, как сейчас бы сказали - в двух комнатках, именуемых "кафедра". Там был кабинет Барулина - и общая комната, в которой мы проводили массу времени.
На кафедре в какой-то момент появилась наша первая стенгазета - ватман, расчерченный под изразцы с цитатами из Булгакова. Потом там стали появляться цитаты и из других мест. А потом на "печку" стали выписывать перлы, которые тот или иной препод выдал на лекции.
И атмосфера была такая дружественная, что преподаватели сами приходили потом почитать и посмеяться с нами: "Это что, я такое сказал?! Да, мог, конечно!"

Мы проучились год на факультете информатики,
потом началась совершенно новая учёба,
и через год набрали ещё 20 или 25 человек - которые только пришли,
а на третий год набрали сразу человек 60, и это уже начали именовать факультетом.
Кажется, Барулин сам не ожидал, что вдруг студентов окажется так много. И надо с ними как-то познакомиться, а придти на кафедру попить чаю они уже не могут. И тогда Барулин нас попросил организовать выезд в лес - для знакомства с новичками.
Я уж не помню, по какой причине мы выбрали поляну около платформы Ожигово, где в те годы регулярно проходил слёт ББС. Проблема в том, что осень была сухая и мы пришли туда вечером в субботу - и обнаружили, что там негде набрать воду. Канава есть, а ручей пересох.
Мы с Гошкой и Танькой Фридман (кажется, с одним налобником системы "циклоп")
взяли все котелки и пошли на ЛЭП в дачный посёлок за водой. Возвращались уже в темноте.
Лингвистов было много, но, как выяснилось, мало кто из них мог соорудить костёр и добыть дрова, так что это тоже делали мы втроём в тот раз. И всё бы было неплохо, но к нам пришла толпа подвыпивших местных парней.
В какой-то момент казалось, что драки не миновать.
Но Александр Николаевич начал им рассказывать про то, сколько матерных корней было раньше в русском языке, потом стал рассказывать про происхождение некоторых из этих слов и ... парни заслушались и бить морды раздумали.
Потом были очень интересные лекции и семинары.
У нас читал курс древнерусского языка сам Андрей Анатольевич Зализняк,
а курс старославянского - Максим Анисимович Кронгауз.
Палеографию нам читала Ольга Александровна Князевская, и она тогда уже была очень пожилая. Она разочек приехала к нам на Миусскую площадь и сказала: "Знаете что, деточки. Вы мне очень нравитесь, но так далеко ездить я не буду. Давайте что-то придумаем по-другому!"
И придумали так: палеографию поставили нам последней парой, и мы всей группой приезжали к ней домой на Юго-Западную. Она первым делом нас кормила супом (и слегка ворчала, мол, знаем мы, чем питаются студенты, кофе и всё всухомятку, перекус на бегу!) а потом она нам всё рассказывала - и показывала потрясающие книги из своей библиотеки.
Я так впечатлилась тогда, что потом год писала под её руководством курсовик по памятнику XIV века, который я держала в руках у реставраторов (те были учениками Князевской, и им не сложно было показать мне интересные рукописи)

Ещё были лингвистические экспедиции (мы ездили на границу Вологодской и Ленинградской области, в Корвалу и Нойдалу, Корбеничи и Нюрговичи записывать вепсский язык). Вот в учебнике по истории за пятый класс было про племена чудь, меря и весь, что жили на территории Руси. Так вот, весь - это и есть вепсы. И их финно-угорский язык был тогда ещё вполне жив.
Не знаю, много ли осталось сейчас в живых носители этого языка.

Что у нас было ещё хорошего?
Были сборы по чтению стихов под названием "свечка" - и мы читали чаще наизусть, но иногда и по книжкам.
Была на кафедре моя гитара (у неё было имя "удар", это отдельная байка), и на этой гитаре все иногда играли. А Барулин пел нам "Люблю Чайковского Петра" или ещё что-то шуточное...

Последние несколько лет Барулин ездил летом в математический лагерь "Берендеевы поляны", и там его тоже все знали и любили.
А ещё много лет после выпуска дома у Ирки и Сашки на метро Университет собирались в ноябре на день рождения Барулина выпускники - студенты и преподаватели, друзья и знакомые кролика.
И я совершенно не понимаю, как теперь быть.
Такая пустота.
Хочется заполнить её байками, рассказами про те весёлые студенческие времена. Потому что молчать невыносимо, и поверить пока не получается.

На поминках в 43 школе, когда вспоминали Виталия Арнольда, один из его одноклассников, Дима Каган, спел шуточную песенку и сказал: "Виталик не хотел бы, чтобы мы сейчас грустили"
Так вот, Александр Николаевич тоже не хотел бы, чтобы мы сегодня плакали.
Но плачется.
Tags: вспомнилось, лингвистика, некролог
Subscribe

Posts from This Journal “вспомнилось” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments

Posts from This Journal “вспомнилось” Tag