jane (janemouse) wrote,
jane
janemouse

Categories:

продолжение эпопеи - больницы


Вызвали спасателей, они нам вызвали «Скорую», и через 10 минут нас уже забрали на «Скорой» в Алушту.

Спешите, только у нас: автомобильная экскурсия «Весь Крым – на «Скорой помощи»! – так шутила по пути Оля.
Началась следующая эпопея.
Лучистое-Алушта.
Для начала нас посадили в «Скорую», Оле измерили давление, и повезли в Алушту по очень серпантинистой дороге. Привезли в больницу в Алуште. Там началась обычная бумажная волокита. Каждая мед.сестра задавала сто совершенно лишних вопросов и заполняла по несколько бумажек. Все они спрашивали точный домашний адрес по прописке, и законный ли брак, а вот срок беременности их не интересовал – такой графы у них не было. Через полчаса пришла наконец врачиха-гинеколог, измерила Олю прибором, определяющим размеры таза, потом сообщила, что околоплодные воды вытекли полностью, и ребенок точно не выживет, а раскрытие уже 2 см.
Оля вышла совершенно зеленая, и тут другой врач нас спросил: «Девчонки, а у вас деньги есть?» -«Есть! А что?» - «А вы поезжайте тогда в Симферополь. Там и беременность могут сохранить, и малыша спасти…»
Мы сели снова в «Скорую», и нас повезли в Симферополь. По пути заехали на заправку – и мы оплатили им бензин. И помчались! С мигалкой, с сиреной, по разделительной, да так, что гравий по днищу стучал, как арт.обстрел.
Примчались. «Скорая» уехала домой, в Алушту.
Началась следующая эпопея –
Симферопольский роддом.

В приемном покое снова задали массу дурацких вопросов, типа адреса и законности брака. Потом медсестра мрачно искала у Оли в волосах вшей – не нашла. Потом Оля случайно услышала разговор врачей: «А зачем вы ей написали срок 29 недель. Вы там пишите 24 недели!» Это, чтоб ясно было, что малыш не выживет.
Мы запаниковали опять. Оля готова была бежать прочь из этой больницы. Но куда бежать? В Москву? В Щелкино? Глупо.
Мы послали Мишке и Тошке встревоженные СМС-ки, и Антон начал лихорадочно искать связи и знакомых в Симферополе. В итоге он позвонил знакомому, чей отец – большая шишки в украинской армии. Оттуда пошли звонки в Симферопольский военный госпиталь – и вечером в приемное отделение заявились трое подвыпивших военных с огромным букетом для Оли и шоколадками и подарками для врачей и медсестер. Они напирали, балагурили, оставляли свои визитки и номера мобильных. Все это произвело должное впечатление на врачей – отношение к Оле резко изменилось, врачи вокруг нее забегали, мне разрешили проходить без пропуска, дабы обеспечить Оле постельный режим, и даже спросили, приносить ли ей в палату еду из буфета…
Утром следующего дня прилетел из Москвы Антон, снял квартиру неподалеку, и жил там неделю – готовил для Оли еду, приносил фрукты и питьевую воду…
Я уехала в Щелкино пасти детей, и переписывалась с Олей, рассказывая ей про наши поездки и прогулки - в Дельфинарий, в заповедник Казантип, на Татарку.

Вечером 14-ого Оля написала, что у нее начались схватки, а Антон написал, что его не пустили, и он всю ночь бродил под окнами роддома.
А в ночь на 15-ое родилась Надюшка.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments