jane (janemouse) wrote,
jane
janemouse

Categories:

ММБ-lite 30-31 окт 2004

Щас как расскажу, как мы ходили – и все меня засмеют, и скажут – совершенно справедливо – что я «чайник». Но я ведь и не спорю… Конечно, я – «чайник». А уж ночью ориентироваться я совершенно не умею. Один раз всего пробовала, и так фигово получалось, что я сама удивилась.

Дальше – ну о-о-очень длинно.

Весной многие мои знакомые ходили на ММБ. Все они вернулись такие довольные, такие гордые своим подвигом – я иззавидовалась. Брат мой весной ходил с командой «барышни» - Ирка, Женечка и Рита его загоняли, и в этот раз он остался пасти детей, а сам бегать не стал. И вот осенью объявили ММБ-lite – я обрадовалась, отправила заявку, даже не одну, а 4 – на Настю, Мишку, Юльку и на себя. Но Юльку, увы, не отпустили с работы, так что нас осталось трое.

На Павелецком вокзале у касс толпились в ожидании электрички бодрые люди с небольшими рюкзаками, а в электричке на Ожерелье их оказалось уже так много, что просто все полки были заняты рюкзаками. Мы ехали все вместе – Ирка с Женечкой, Парнасик с Ильей и Аней, Мишка, Настюшка, Анька, Вовка с братом, Рита с Леней.
Ехали очень весело, Женечка всех угощала пирогом и гренками, все смеялись и шутили. Ближе к старту в лицах появилась такая серьезность и сосредоточенность, что у меня аж мурашки поползли. Они-то все крутые, а я – вовсе нет!
В Жилево вся эта толпа в ярких куртках и с яркими рюкзаками вывалилась на платформу, и перетекла в ближайший лесок, к старту. Там было несколько костров, люди пили чай и ждали своего старта. Возле одного из костров я увидела Мишу Агеева и Анюту Чехлову, а по пенке ползал их замечательный 9-месячный сын Коля.
А около старта меня восхитила команда – папа и мама с 5-летним ребенком.
Я вспоминала их не раз, пока шла ММБ-lite, и каждый раз в контексте «интересно, как они ЭТО прошли с 5-летним ребенком?!! Как хорошо, что я не взяла своих детей! Они бы тут изнылись! Мы сошли бы после первого же КП!»
Как пройти с кенгурушкой или с грудничком в заспинном каркасном рюкзачке – это я понимаю, хотя погодка выдалась ну совершенно не детская. Но прошли, финишировали – насколько я знаю. А вот каким надо обладать терпением, чтобы пройти с 5-летним – вот этого я не понимаю! Моим бы вряд ли понравилось подобное мероприятие, так что пусть уж лучше очередной раз сходят в палеонтологический музей…

Со мной попросилась идти Анька, и я обрадовалась – вдвоем идти куда веселее, чем одной – можно обсудить все, посоветоваться, и вообще. Мы взяли карту и потопали. Вышли мы рано, в 14.40 примерно. От старта мы пошли под ЛЭП, и очень бодро обсуждали, как легко найти это КП, и какие ясные тут ориентиры. Анька уверенно заявила, что можно обойтись и без компаса, достаточно на старте правильно ориентировать карту, и дальше будет ясно, куда идти.
Ха-ха!
Не прошло и 15 минут, как мы заблудились. Мы прошли до второго пересечения просек, повернули на поперечную просеку, дошли до угла – и пошли на запад, а не на восток, потом свернули по тропинке к югу – и вышли почти к старту, обратно к ЛЭП.
Зато мы убедились, что заблудиться совсем не так сложно, и дальше были бдительнее. Впрочем, это нам не помогло.
По просеке мы вышли к нужным оврагам и увидели толпы таких же «чайников», которые искали высокий пень, и первое КП. Мы честно побегали с ними минут 20, прежде чем я догадалась еще раз взглянуть в легенду. Ну конечно, овраг ОРОГРАФИЧЕСКИ правый, а мы ищем в левом. И все остальные – тоже. Тьфу! Стадный инстинкт, что ли – искать под фонарем?! Впрочем, сама б я вряд ли нашла 1ое КП, потому что высокий двойной пень с развилкой я представляю как-то иначе. Ну ладно, нашли, пошли по просеке дальше. Потратили в итоге на поиски 1ого КП чуть ли не 2 часа! В 15.35 мы пришли по просеке к оврагам, и только в 15.55 нашли компостер внутри ствола. Ой, лапти мы ушастые! Мимо нас толпами пробегали более толковые и шустрые команды, а мы продолжали тормозить.
Пока мы шли между первым и вторым КП, я решила проверить оба фонаря. И обнаружила, что Я ФОНАРИ ЗАБЫЛА – ОБА!!! Положила в карманы – но не в анорак, в котором в итоге пошла, а в теплую куртку, в которой ходила на Хорду. Ой! Что ж мы будем делать без фонарей-то?!! Ну ладно, пока не стемнело – топаем дальше. Зато становится очевидным, что такими темпами мы на ночной этап даже не будем соваться. Ладно, нам бы этот пока пройти!
Просека была заросшая, мы с нее сбились, и вновь, увлекаемые скорее стадным инстинктом, нежели благоразумием (я уж не говорю про компас) пошли по следам большой толпы «чайников». И вышли на нужный овраг в самом его верховье. Было это в 16.30 – мы пришли, бросили рюкзаки и принялись обыскивать все примыкающие справа овражки, и все бревна над слиянием их русел. Их было много. Ищущих «чайников» - тоже. Все бродили туда-сюда с озабоченным видом, перекликались и тормозили. Мы с горя решили устроить перекус, и достали коробку с сырниками. Поели, утешились, и пошли вниз по оврагу – где и нашли в 17.20 точно над слиянием русел шнурок с маленьким сереньким компостером – это и было КП-2.
Мы прошли по просеке квартал на юг и два квартала на восток, увидели впереди густой ельник, а слева поле, и снова свернули на юг. Там шла колея, которая … кончилась через 200 метров на полянке. Хм. Группа рядом с нами извлекла JPS, а мы гордо пошли дальше по азимуту, и через некоторое время вышли на просеку под ЛЭП. Шли подобным образом не мы одни, и нас опять это радовало. А зря. Судя по всему (как я сейчас думаю, глядя на карту) мы ушли не по просеке, а по дороге, и поэтому очевидно, что за ЛЭП мы не обнаружили никакого продолжения, а нашли какую-то тропинку. Пройдя по этой тропинке совсем немного мы встретили весьма озадаченного паренька, который топал нам навстречу. Он сообщил нам, что он от ЛЭП шел как раз этим путем – и через 15 минут оказался на поле. Это заявление нас не порадовало, но и не навело ни на какие разумные мысли. Ну, то есть, мы примерно предположили, на каком поле он был, но почему-то не догадались, по какой же тропе мы туда вывалились. (Как хорошо, однако, рассуждать об этом дома в тепле. А там в сумерках и под дождем все эти разумные мысли мне в голову не приходили почему-то. Парадокс.)
В общем, мы повалили напролом сквозь кусты примерно на восток, и свалились в овраг. Перешли его. Сразу за оврагом начиналось поле. К этому времени стемнело окончательно, и мы даже на поле уже не могли рассмотреть карту, поэтому встретив молодого человека с фонариком на том же краю оврага, мы уже просто шли за ним и старались не отставать. (продираться по дну оврага сквозь кусты и крапиву и днем-то бывает увлекательно, а уж ночью и без фонарика – вообще караул) Мы обсудили на поле с обладателем фонарика, что раз уж мы стоим на поле, и видим шоссе, то надо нам по этому оврагу спускаться до слияния с речкой, и притом довольно далеко. У слияния по обоим руслам бродили и мерцали светодиодные фонарики, и все они постепенно сходились к нужной точке. Так мы взяли КП-3 – было это около 19, и было там как-то болотисто под ногами (или это только без фонарика так показалось?)
Оттуда все фонари стройными рядами устремились наверх, на поле, и по грунтовке в сторону шоссе. Добрый человек, который нас вел с фонарем вниз по оврагу, ждал нас – бестолковых и бесфонарных – а мы от усталости уже плелись где-то в хвосте, и спотыкались. Удивительно, скажу я вам – идти рядом с человеком, видеть в темноте его рюкзак, и капюшон, и фонарик – и все. И не знать ни имени, ни лица, так что встретишь потом – и не угадаешь, не этот ли добрый человек проявил столько терпения и заботы. Мне сразу вспомнилась Таруса и Слепой Семинар…
Мы шли по дороге, изредка обмениваясь мнениями о том, как нам следует идти дальше, и как искать КП-4, иногда окликая Аньку и поджидая ее.
И вот уже около шоссейки я что-то сказала, что, мол, героических родителей я тут видела на старте – с 5-летним ребенком.
-Так это, наверное, Фишкисы! – сказал молодой человек.
(Опа! Кто ж не знает старика Крупского, а как же! Вот ведь мир тесен!)
Тут уж мы разговорились, разумеется, и выяснили, что Фишкисов Ваня знает, потому что он тоже заканчивал 91-ую школу, и проводил в этом году Арбузник, а Анечку Чехлову он знает, потому что в его 8 классе на Арбузнике он ходил в ее команде, и они нашли аж 8 арбузов. А сейчас он учится на Физтехе, на ФОПФе.
Так мы, вспоминая всякие походы и Арбузники, перешли по мосту Каширку, свернули по краю поля направо, миновали какую-то будку – и попали на торную тропу. Причем мы шли туда, а все остальные – навстречу. Один фонарь за другим. И все навстречу.
А мы перешли по скользкому бревну речушку – приток Каширки – пошли дальше, и на краю поля торная тропа закончилась под сломанной осиной.
Строчка в легенде «ищите на ней на высоте 2 м» повеселила меня еще раньше, а тут я в очередной раз убедилась, что с моими 150 см, тут можно долго прыгать. Ну ладно, прокомпостировали. Теперь можно топать на финиш. Решили не искать в полной темноте просеки, а вернулись на шоссе, поднялись на горку, свернули направо на просеку, а с нее спустились к речке и нашли поляну.
Под тентом мигала красная лампочка, там мы нашли финиш. Еще мы нашли кучу палаток, и костров, и тентов. И еще обнаружили, что наши мобильники на поляне не видят сеть. И как тут, спрашивается, искать Мишку, Настю, Фишкисов, Парнасика? Кто из них ушел на ночной, а кто остался? Где их палатки? Где их костер?
Вопросов было много, ответов не наблюдалось, и мы решили никого не искать. Нашли относительно ровное местечко, поставили палатку, раскатали пенки и спальники, Ваня сбегал за водой, мы на горелке вскипятили воду, слопали картофельное пюре, сыр, банку кукурузы и банку тушенки, вскипятили еще воды, заварили чай и пошли к соседнему костру греться. Там выпивали студенты химфака, мы угостили их чаем, а они нас настойчиво угощали разведенным спиртом. Мы вежливо отказались. Около 23 мы завели будильник на 7 утра, и легли спать.
Часов в 5 утра вернулись со второго этапа другие наши соседи. Они очень удивились (и не очень обрадовались), обнаружив нашу палатку, потом они начали есть, пить, закусывать, и шумно обмениваться впечатлениями о том, как они искали разные КП. От пережитых волнений они еще явно не отошли, и обсуждения были весьма громкими и бурными. Мы героически пытались под это спать. У меня лично это не получалось.
В 7 утра, когда соседи наши едва угомонились, зазвонил наш будильник. Было еще темно, и вылезать из палатки было лень. Переставили будильник на 8, подремали еще час. Начало моросить. Мы переставили будильник на 9. К этому времени уже рассвело, и дождь заметно усилился. Вылезать из палатки не хотелось категорически. Мы повалялись, потрепались, потом собрали рюкзаки – не выходя из палатки – и наконец решительно покинули ее около 10.
Я решила обе флиски не мочить, и убрала их в герм, а сама надела термо-майку, две анараки, рейтузы и плащ. И термо-носки. И авизентовые «фонарики», защищающие голени. Если мне становилось холодно, я надевала дополнительно шапку и варежки – и снимала их, если мне было жарко.

Бодрые Фишкисы шли на старт, когда мы только ставили воду на горелку. Потом я нашла совсем возле самого тента организаторов подозрительно знакомую палатку «Walrus» и мяукнула. Из палатки откликнулись Мишка и Настя. Они рассказали мне, где искать Парнасика и Женечку с Иркой.
Когда я пришла, в палатке мелькали еще совершенно голые ноги, а потом показались и сами веселые представители команды Барышни. Женечка высунула руку под тент, вылила из кроссовок воду, отжала свои флисовые носки, и принялась натягивать их, издавая громкие жалобные звуки. Когда она купалась в проруби, она выглядела куда бодрее и веселее, ей-богу!
Мишка сказал, что такая погода ему не нравится, и что он за ночь достаточно накувыркался, так что он едет домой. А я решила, что раз уж я тут, то ничто мне не помешает пойти третий этап.
Мы перекусили, попили чаю, отдали избыток сонным студентам химфака, и потопали на старт.

Взяли карту мы примерно в 10.50, перешли по бревнышкам речку (ну почему, почему у меня нет телескопических палочек?! Они бы мне так пригодились!) полезли наверх, нашли просеку и кучу слоновьих троп (еще бы, мы вышли одни из последних, за 10 минут до закрытия старта). В итоге мы опять пришли в овраг, где бродили люди и искали слияние трех оврагов, и нору, и КП-14. Мы тоже побродили вместе с толпами, потом догадались пройти чуть выше – нашли характерную точку, нору и КП и начало легенды скрытого КП. Искали мы в общей сложности около часа, пришли в овраг в 11.20, и взяли КП в 12.10. Я тут же прикинула, что если мы и впредь будем искать КП по часу, то проще сразу топать на станцию. Но я промолчала.
От КП мы по лбу между овражками вылезли наверх к вырубке, прошли по ее краю и спустились по нужному оврагу. КП-15 мы взяли сходу, ибо оно было прямо на тропе. Поваленных берез там было много, а поваленная осина, лежащая в развилке березы – одна. Было это в 12.40.
Оттуда мы посыпались вниз по оврагу, перешли ручей, поднялись на пригорок, и выскочили на полянку. Пересекли ее и сходу увидели поваленную березу, макушкой на поляне. Есть контакт. 13.05 – КП-16. Ай да мы! Этак мы и на финиш можем успеть! Впрочем, шли мы не быстро, успевали поговорить, полюбоваться красотами пейзажа, восхититься мухоморами и лисичкам, и шныряющими в траве мышами.
После КП-16 длиннющий перегон. Наверное, крутые тут мчат по азимуту, а мы решили пройти по обозначенным на карте дорогам. Вышли на поле, пересекли его на юг, и ломанулись дальше. Мы даже обнаружили следы колеи, где когда-то была дорога. Мы даже видели просеку между ними. Но идти там и угадывать, дорога ли это, было нетривиально.
Почему-то вспомнилась песенка, которую в 8 классе пела Маринка Эпельман: «Дороги все приводят в Рим, а сколько их – дорог. И вот он шел и шел по ним, но в Рим попасть не мог.»
Явно наш путь был далеко не оптимальным, но кто ж мог заранее угадать, что этих троп на местности уже нет? Мы вышли на просеку в перешейке между полями. Там была явная просека, и даже километровый столбик, и была очень наезженная поперечная дорога.
На просеку стеклись следы слонов, и по краю поля опять шла такая тропа, что мне вспомнилась песенка «Мамонты, мамонты по тайге идут».
Вообще, мне по пути много песен всяких вспоминалось, из которых самая частая была про дождь над Иссык-Кулем, и еще походов наши вспоминались с Парнасиком и Смысликом – вокруг Хлюпино и Звенигорода, в июне по жаре и по заморозкам – на ноябрьские, и в марте – по уши в снегу…
По краю поля мы дошли до угла, перешли овраг, на углу второго поля в 14.25 нашли КП-17 на корче, и потопали дальше по глинистым следам слонов.
На данном этапе Марш-бросок уже имел мало общего с ориентированием. У меня возникла ассоциация скорее с теми славными временами, когда я занималась в горнолыжной секции на ЛенГорах. Когда у нас были соревнования, то первые несколько участников проходили трассу нормально, а потом накатывали такую канаву, что всем остальным просто не оставалось выбора: либо ты успеваешь ехать вслед за всеми по этой канаве, либо ты вылетаешь с трассы на фиг. Как раз оттуда была бессмертная фраза моего братца «Лечу я, и думаю…»
Так вот, ориентирование по набитой тропе – оно как прохождение трассы по чужим следам, по сотням следов. Сомнительное удовольствие.
По краю поля тропа шла на ЮВ к речке Хочемке, вдоль ее берега мы поднялись до следующего оврага, и там на огромной поваленной иве был компостер. Именно там на спиле маркером было написано продолжение легенды про скрытое КП, но это мы узнали уже на финише. Мы там ничего не заметили. Вероятно, после первой части легенды, которая была в виде бумажки на шнурке, мы ждали такой же бумажки. Стереотип.
Мы перешли речку вброд (к тому времени было уже более-менее все равно, дождь лил, не прекращаясь, примерно с 7 утра, да и с вечера он тоже капал временами.) Поднялись наверх и вышли на поле, а на углу стали искать просеку на юг. Сперва вышли на дорогу, но быстро убедились, что ведет она вдоль края поля на ЮЗ в деревню Хочемы – а нам туда не надобно. Вернулись на угол поля. Нашли просеку, ломанулись по ней на юг. Дождь к тому времени уже надоел, а капюшон надоел еще больше. Очень противно, когда заливает очки. А если надеваешь капюшон, то очки не заливает, но они запотевают. А если снять капюшон – опять заливает. Когда мне это надоело окончательно, я убрала очки в карман.
Мы пересекли просеку, видели столбы старой ЛЭП, и бодро добежали до речки, но ни провал, ни остатки моста так и не обнаружили. Пробегали минут 20, пока наконец не нашли компостер на поваленном замшелом бревне через саму речку. В очередной раз переходя эту речку, я залила через верх правый ботинок, а до того «фонарики» меня защищали – ноги были влажными, но вполне теплыми.
В 16.30 мы взяли-таки КП-19, и побежали дальше. Слоновьи тропы на сей раз нам не мешали – видимо мы шли не самым оптимальным образом, зато сами, и не по грязи. Легко нашли КП-19, отметились на нем в 18.55, слопали шоколадку и потопали наверх, на поле, под огромными ЛЭП, и к берегу Каширки – на финиш.
В 17.30 мы финишировали, и полчаса тормозили там. После нас пришла только одна команда, и то они явно разделялись по пути, ибо на финиш они пришли втроем, а КП-19 искал только один, и без рюкзака.
Мы доели сырники, глотнули чаю, и побежали к шоссе. Для начала мы вброд перешли Каширку - примерно по колено. После этого стало таки холодно. Пока идешь – все хорошо. Но останавливаться неуютно. И с мокрыми ногами тоже так себе.
Вода в ботинках хлюпала, мы обсуждали достоинства гидромассажа, и бодро рассекали лужи, как два небольших вездехода.

Видели б меня мои дети! Это так я от них два дня отдыхала!!!
Мокрая и грязная с головы до ног, в хлюпающих ботинках, рассекающая грязные лужи – ах, красота!

Грунтовка перешла в бетонку – залитую местами на глубину 10 см, по этим лужам мы так и шли. На шоссе мы вышли уже в полной темноте, поднялись в горку, и через 8 минут пришел автобус, большой и теплый, который отвез нас в Ступино. Там мы взяли билеты и поехали в Москву. Последний вагон был моторный и холодный, зато мы сели все вместе, и всю дорогу вспоминали всякие походные байки и истории.
Домой я вернулась в 10 вечера, сияющая, бодрая, отдохнувшая.
Ну что еще человеку для счастья нужно?!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments